О НАЛОГОВОЙ РЕФОРМЕ

Налог на вашу голову

Эксперт-Урал #29-30 (200) от 15 августа 2005

Налоговая реформа даст результат, только если государство примет во внимание реальные расчеты бизнеса. Он в свою очередь должен прекратить практику ухода от налогов и найти эффективные способы защиты своих прав

Ирина Перечнева

Реформа близится к завершению: в Налоговом кодексе (НК) в виде отдельных глав описаны практически все основные виды налогов. Теперь, когда правила игры установлены, начался естественный процесс корректировки законодательства в соответствии с меняющимися экономическими условиями.

Прежде всего изменения касаются ставок. В 2001 году введена единая плоская шкала налога на доходы физических лиц в размере 13%, в 2003-м с 35 до 24% снижена ставка налога на прибыль предприятий, в 2004-м на 2% (с 20 до 18%) уменьшился НДС. В текущем году правительство наконец решилось на реформирование очень сложного и чрезвычайно важного для бюджета источника - единого социального налога (ЕСН): с 35,6% он уменьшен до 26%.

Полреформы - не реформа

Цель реформы ЕСН - снижение бремени для предпринимателей, которые ведут "белый" бизнес, сокращение теневых оборотов. Потери от уменьшения ставки должны компенсироваться путем увеличения налогооблагаемой базы. Правда, пока прогнозы пессимистичны: с января по май общие поступления этого налога в федеральный бюджет составили чуть более 60% к уровню 2004 года.

- Я бы не стал делать из этого однозначные выводы, - предупреждает президент Российской финансовой корпорации Андрей Нечаев. - Мало того, это очень опасная тенденция - оценивать эффект по первому полугодию, не показательному с точки зрения сбора налогов.

Действительно, первые два налоговых периода (квартала) не отражают годовую статистическую картину. Однако по ощущениям предпринимателей уже можно понять, сработает новация или нет. В отношении ЕСН многие сходятся во мнении, что резкого увеличения налогооблагаемой базы за счет появления новых налогоплательщиков не произойдет. (Хотя, безусловно, некий положительный эффект проявится: предприниматели, ведущие дела "по белому", увеличивают на сумму снижения ЕСН зарплату сотрудникам, а значит, растет налог на доходы физических лиц - НДФЛ. За январь - май поступления НДФЛ составили 119,5% к аналогичному периоду 2004 года.)

- Предприятий, которые при любых обстоятельствах платят налоги официально, около 10%. Примерно столько же их никогда не платили и не будут этого делать. А вот остальные 80% находятся в зависимости от ситуации. И надо строить налоговую политику в расчете на этого плательщика, а не пытаться образумить те 10%, которые сознательно не хотят выполнять обязательства перед государством, - убежден генеральный директор центра экономических экспертиз "Налоги и финансовое право" Аркадий Брызгалин.

По мнению исполнительного директора союза потребительского рынка "Альянс " (Екатеринбург) Алексея Подоляко, реформа ЕСН не стимулирует налогоплательщиков: снижения ставки на 9% недостаточно для массового выхода бизнеса из тени. Соответственно полностью компенсировать потери федерального бюджета (по предварительным подсчетам, это более 280 млрд рублей) не удастся:

- Бизнес уводит обороты в тень не по злой воле, а потому что иначе не выжить. По нашим оценкам, доля заработной платы в общих затратах компаний сферы услуг составляет от 40 до 70%: если платить весь ЕСН, предприятия можно закрывать. Мы считаем, что снижение налога на 5 - 10% неэффективно ни для бизнеса, ни для бюджета. Предприятию этого недостаточно, чтобы легализовать зарплаты. Таким образом, главная цель реформы не решается - бюджет недополучает сборы.

Директор консультационной компании "Менеджмент Апгрейд " Алексей Зайцев убежден, что эффект для бюджета достижим только в том случае, если снижение ЕСН будет происходить одновременно с уменьшением ставки налога на прибыль:

- На текущий момент эти ставки примерно на одном уровне: ЕСН - 26%, налог на прибыль - 24%. Если ЕСН будет выше налога на прибыль, то представителям бизнеса станет выгоднее выплачивать заработную плату сотрудникам из чистой прибыли предприятия, которая не облагается ЕСН. Если же ЕСН будет меньше налога на прибыль, ситуация кардинально поменяется: бизнесмены будут завышать зарплату, чтобы снижать налог на прибыль.


Обновленный Налоговый кодекс получился противоречивым. Этим пользуются сами служители закона. После дела ЮКОСа суды стали оценивать экономику сделки, а не ее правовую модель


Заместитель директора, партнер аудиторско-консалтинговой компании "Листик и партнеры" Константин Игонин подтверждает, что многие его клиенты начали отказываться от схем налоговой оптимизации. Но, с его точки зрения, одними только экономическими стимулами проблему не решить:

- Ставка ЕСН должна обеспечивать целевое назначение этого налога - реализацию права граждан на государственное пенсионное и социальное обеспечение (страхование), а также медицинскую помощь. Поэтому у граждан должно сформироваться доверие к пенсионной системе, системе социального обеспечения, личной заинтересованности работодателя уплачивать этот налог. Тогда работники будут подвигать работодателей к уплате ЕСН.

Глухие телефоны

Экспертная группа "Альянса" направляла предложения в правительство и Госдуму - начать снижение ЕСН до 21% уже в 2006-м и довести его до 15% в 2007-м. Расчеты основывались на итогах сбора налога в 2003 году: тогда реальная ставка, по которой бизнес уплачивал ЕСН, составила 20%.

- Бизнес дает законодателю сигнал о том, какой уровень налога для него приемлем, - продолжает Алексей Подоляко. - Власть может подключить какие угодно силовые методы, но если работать в открытую невыгодно, люди этого делать не будут.

К сожалению, федеральные власти пока не научились принимать в расчет мнение налогоплательщиков. Порой очень важные для бизнеса решения вообще появляются неожиданно, без подготовительной дискуссии. Именно таким образом в середине 2004 года вышло в свет изменение в НК, касающееся базовой доходности единого налога на вмененный доход (ЕНВД): с 2005 года она выросла на 50%. Малые предприятия забили тревогу: не выдержим. Хорошо, что региональные власти, в компетенции которых регулирование этого налога, скорректировали базовую доходность с помощью коэффициентов. Они уже научены горьким опытом: малый бизнес долго оппонировать не будет, просто уведет обороты в тень.

Так было в конце 2003-го, когда Свердловская областная дума принимала закон о ЕНВД на 2004 год. Предприниматели пре-дупреждали - нельзя вводить высокие корректирующие коэффициенты для небольших городов: тамошние палаточники не выдержат нагрузки наравне с екатеринбургскими. Депутаты не прислушались. В результате по итогам первого квартала 2004 года ЕНВД собрали на 35% меньше по сравнению с 2002 годом (в 2003-м году налог на территории области не действовал). Только тогда чиновники вняли доводам предпринимателей, была создана рабочая группа в составе специалистов налоговой службы, представителей бизнеса, общественных организаций, депутатов. В итоге на 2005 год были установлены коэффициенты, с одной стороны, позволившие снизить нагрузку для удаленных территорий, с другой - компенсирующие общее повышение базовой доходности.

Пока данных за первый квартал по ЕНВД нет, но аналитики полагают, что сборы будут раза в полтора выше, чем в предыдущем году. Результат был бы еще лучше, если бы министерство гос-имущества Свердловской области (МУГИСО) не повысило на

30 - 40% коэффициенты к базовым размерам арендной платы за землю. Опять же без учета мнения предпринимателей. В итоге суммарная нагрузка на малый бизнес выросла (см. диаграмму).

- Нам в МУГИСО сказали: если что кого не устраивает - пусть подходят индивидуально, будем договариваться, - рассказывает Алексей Подоляко. - Но это же почва для коррупции! Надо хотя бы предварительно советоваться, выяснять мнение бизнеса.

Шаг вперед - два назад

Последний пример характеризует типичное поведение государственной власти всех уровней в области налоговой политики. Формально условия налогообложения вроде бы улучшаются, но фактически вести бизнес становится все сложнее.

Так, предпринимательство периодически поднимает вопрос о следующем снижении ставки НДС. Но чиновники будто не слышат, что уменьшение налога на 1 - 2% не облегчит налогового бремени, что нужно прежде всего улучшить администрирование этого налога, в первую очередь - упорядочить схему возврата НДС при экспортных операциях, поскольку бизнес фактически кредитует бюджет. Об этом уже не первый год говорит генеральный директор "УГМК-Холдинг" Андрей Козицын:

- Необходимо прекратить существующую практику возврата экспортного НДС. Сегодня мы можем сделать это только в судебном порядке и через 6 - 8 месяцев. Этот порядок должен быть уведомительным, возмещение необходимо проводить при сдаче декларации.

Константин Игонин считает, что решение этой проблемы откладывается сознательно. Власти расписались в неспособности взыскать налог с фирм-однодневок, со стоящих за ними физических лиц, использующих мошеннические схемы с возвратом НДС:

- Государство переложило все проблемы на тех, кто имел несчастье заплатить НДС таким фирмам. Соглашусь, это допустимо в отношении умышленно преследующих цель неуплаты налога. Но умысел должен быть доказан в рамках уголовного процесса, подтвержден обвинительным приговором суда. Все иные налогоплательщики - добросовестны по определению и не отвечают за неправомерные действия контрагентов.

Другая порочная практика, на которую также постоянно указывают предприниматели, - взимание НДС с авансовых платежей. Генеральный директор компании "Промышленный лизинг " Станислав Захаров даже написал письму президенту России с просьбой обратить внимание на эту проблему:

- Что такое аванс по сути? Мой партнер дает мне своего рода заем. Так где же здесь добавленная стоимость, с которой предприятие должно уплатить государству налог? Это элементарное кредитование бюджета за счет бизнеса, причем беспроцентное. И оно косвенно увеличивает общую налоговую нагрузку.


Федеральные власти пока не научились принимать в расчет мнение налогоплательщиков. Важные для бизнеса решения появляются неожиданно, без подготовительной дискуссии


Что примечательно, Захаров получил обстоятельный ответ из Минэкономразвития, в котором чиновники соглашались с предпринимателем. Однако ничего не поменялось.

Другая проблема - так называемые организационные издержки. Константин Игонин:

- Налоговое бремя - это не только сумма уплачиваемых налогов, но и вся совокупность издержек и рисков бизнеса в связи с исполнением налоговых обязанностей. И с этой точки зрения оно потяжелело. Прежде всего за счет произвола налоговиков при проведении камеральных проверок, подменяющих выездные. Значительные организационные издержки, налоговые риски связаны с некачественным правовым регулированием - дефектами юридической техники, которыми изобилует Налоговый кодекс. Эти минусы если не перевешивают положительное значение снижения налоговых ставок, то как минимум им соразмерны.

Дышло для законника

Итак, обновленный Налоговый кодекс получился весьма противоречивым. И в последнее время этим пользуются сами служители закона.

- В России перестали работать механизмы защиты прав налогоплательщика. Правосознание судей, сформированное после дела ЮКОСа , сильно изменилось, причем в негативную для плательщиков сторону. Суды стали использовать не формально-юридический подход, как это было до 2004 года, а содержательно-фактический, оценивая прежде всего экономику сделки, а не ее правовую модель. И все это под лозунгом борьбы с недобросовестными налогоплательщиками, - утверждает управляющий партнер юридической фирмы "Ардашев и партнеры" Владимир Ардашев.

Такой подход очень беспокоит руководителей крупных холдингов. Именно в этой связи председатель совета директоров Трубной металлургической компании Дмитрий Пумпянский на конференции "Инвестиционный климат в российских регионах. Роль корпоративного управления в развитии бизнеса в УрФО" (июль, Екатеринбург) поднял проблему разработки закона о вертикально-интегрированных структурах:

- В последнее время появился тезис об экономической обоснованности расходов. Но критерии этой обоснованности не определены, что позволяет налоговым органам в разных регионах произвольно толковать эту категорию. При этом могут быть поставлены под сомнение многие расходы, направленные на функционирование хозяйствующего субъекта, в том числе правомерность и обоснованность объединения предприятий, поскольку в законе отсутствует понятие интегрированной структуры или холдинга. Между тем работа многих корпораций построена на основании договоров передачи полномочий единоличного исполнительного органа управляющей компании.

И нередко такой договор рассматривается налоговыми органами как договор на оказание услуг одного юридического лица другому, хотя это совершенно иные по характеру отношения. Фактически предприятие нанимает коллективного генерального директора, который им управляет, и относит данные затраты в уменьшение налогооблагаемой прибыли в соответствии со статьей 264 НК как затраты на управление. Бизнес уже осознал, что если не поднимать эти вопросы публично, придется постоянно нести убытки.

Станислав Захаров убежден: "Должен возникнуть официальный консультативный орган, в который входили бы бизнесмены, юристы, экономисты. Ведь расхлебывать недоработки законодателей приходится нам. Мой бухгалтер говорит, что за четыре месяца этого года сменилось три формы декларации по НДС. Кому это нужно? Ну раз в год еще куда ни шло, но не каждый же месяц!".

Того же мнения придерживаются представили торгового бизнеса Среднего Урала. Союз потребительского рынка "Альянс" уже не раз доказывал властям, что если они будут опираться на расчеты реального бизнеса, то смогут точнее прогнозировать доходы бюджета и эффективнее пополнять казну.

- Бизнес будет лучше относиться к власти, если фискальную политику строить на основе не удушения, а соглашения, - констатирует Алексей Подоляко.

На уровне региона предприниматели нередко находят компромиссы с властью. Но часто этот успех нивелируется решениями, принимаемыми на уровне федерации: пример с ЕНВД - тому подтверждение. Поэтому бизнесу как никогда важно найти эффективные инструменты формирования общественного мнения в сфере налогового права по всей стране.

 

Hosted by uCoz